"Мы получили разрешение на посещение ребенка в феврале. Год выдался холодный и снежный. Когда мы зашли на территорию дома ребенка, стало понятно, что детей давно не выводили на прогулку. Здание было окружено высоченными сугробами, только к дверям была прочищена дорожка.
Врач учреждения потом подтвердил наши догадки, объяснив, что из-за частых простуд дети практически не гуляют зимой.
Мы очень волновались перед встречей с Костей. Воспитатель спросила, не принесли ли мы какую-нибудь еду. Мы ответили, что нет. Тогда она дала нам печенье и велела дать ребенку, чтобы наладить контакт.
Мальчика вывели в столовую, усадили за столик. Костя был смущен не меньше нашего и сидел, уставившись в столешницу. Мы протянули печенье, он взял, но есть не мог. Попытки воспитательницы его разговорить ни к чему не привели.
Через несколько минут нам объявили, что на первый раз достаточно и разрешили приходить еще. В следующие посещения мы поднимались втроем в специально отведенную для встреч игровую комнату. Костя вел себя смелее, но молчал, хотя явно понимал, что мы ему говорим.
Выяснилось, что Костя в свои 2 года и 8 месяцев произносит около 10 слов. Однажды меня попросили сопровождать его на какую-то медицинскую процедуру. Ничего болезненного там не происходило, но Костя плакал и кричал: «хочу маму!».
Я набралась смелости и сказала: «теперь я буду твоей мамой». Он успокоился и, как мне кажется, сразу принял меня в таком качестве. Когда мы собрались уходить после очередного визита, Костя разревелся и не хотел нас отпускать.
Мы поняли, что период знакомства закончился, надо забирать парня домой. Но заведующая учреждения нас стала отговаривать. Объясняла, что процесс лишения прав биологической мамы прошел совсем недавно, по закону, ребенка нельзя усыновить, можно только под опеку взять.
Еще она говорила, что он только привык к режиму, его состояние стабилизировалось и вообще ему хорошо в доме ребенка. В это было сложно поверить, и мы настояли, что заберем ребенка в ближайшее время.
С неохотой она дала добро. Воспитатели отреагировали неоднозначно. Одна радостно щебетала и говорила, что Костя – домашний ребенок, созданный для семьи, что ему нравится помогать, что он очень привязался к одной нянечке и всегда ждал ее, стоя у окна.
Другая была сдержанная и скептическая. По ее словам, у Кости сложный характер и его любимое слово «нет».
Как бы то ни было, одним хмурым весенним днем мы переодели нашего сына в привезенную нами одежду и отправились домой."
Продолжение следует...
Помочь работе Фонда: отправь СМС на номер 3434 со словом МОСТ и суммой пожертвования. Например, МОСТ 200
Подготовка и сопровождение семей с приёмными детьми осуществляется при поддержке Группы ЛСР.